ЗАВИСИМОСТИ: В иранском молодежном учреждении группа девочек-подростков отбывает наказание. Все они убили отца, брата или супруга.

Грей - постоянный кинокритик в СОВРЕМЕННЫЕ ВРЕМЕНИ.
Электронная почта: carmengray@gmail.com
Опубликовано: 2020-04-08
Солнечные тени
Regisør: Мехрдад Оскуэй
(Иран, Норвегия)

Пришло время для медитации в Реабилитационном центре и Молодежном женском институте в Иране: инструктор ведет заключенных, сидящих с поднятыми руками, с помощью дыхательных упражнений, в которых можно дышать спокойно и в то же время изгонять негативные мысли. «Держи глаза закрытыми, собери все свои сложные чувства и представь их как черный шар», - говорит инструктор.

Степень травмы, накопленной в черной сфере, трудно представить посторонним. Большинство молодых женщин здесь отбывает наказание за убийство члена семьи мужского пола или за помощь родственникам в убийстве. У некоторых из них их мать в тюрьме, где их ожидает смертная казнь.

У них не было выбора

Солнечные тени является сдержанным документальным документом иранского режиссера Мехрдад Оскуэйгде мы все больше чувствуем, что этих молодых женщин нельзя осуждать за их отчаянные действия. Скорее, они являются симптомом общества, у которого нет выбора. Настоящей «тенью» здесь, другими словами, может быть патриархат.

Короткая видеозапись, на которой заключенным разрешается отправлять приветствие своим близким - родственникам или мертвым - служит окном в их внутреннюю суматоху, наполненную конфликтами, где сложные чувства вины и стыда смешиваются с остатками любви, которую невозможно найти. Комфорт не так легко, хотя на всех.

Абонемент NOK 195 / квартал

«Что заставляет тебя добираться до точки, где ты убиваешь своего отца», - спрашивает директор. Он единственный присутствующий мужчина, он тот, кто разговаривает с девушками. Его сочувствие вселило в него уверенность, поэтому они отвечают ему, даже если он задает очень прямые вопросы.

Домашнее насилие

"Он был непослушным. Мы не ладили », - говорит один из них, Негар, объясняя, почему она убила своего отца. Именно в такой момент разрушительная сила культуры преуменьшения и молчания вокруг насилия в семье становится очевидной. Отчаяние, которое слишком велико, чтобы описать словами.

Что лежит в слове «плохо», мы думаем. Представить, что произошло во многих отношениях хуже, чем если бы это было сказано.

Men skremmende historier, selv om de er detaljfattige, fortelles. Det danner seg et bilde av patriarker som opptrer som de er i sin fulle rett til å straffe (med vold) og kontrollere kvinner, som de anser for å være slaver.

På mennenes side står lovens voktere og andre statlige enheter. En jente kommer seg til politiet til tross for at benet hennes er brukket. Politiet mener hun må ha gjort noe for at faren skulle skade henne slik.

En av jentene fikk skolebøkene kastet i søppelbøtta, slik at hun ikke kunne studere.

En jente som jobbet for å tjene penger til å forsørge familien, opplevde at faren brukte opp pengene på prostituerte.

Hindret far i å slå mor

En jente knivstakk faren for å hindre ham i å fortsette å slå moren, men klarte ikke å drepe ham. Hun ble kjørt ut i ørkenen og slått til blods med kjettinger.

En annen jente forteller at hun giftet seg som 12-åring for å slippe unna «helvetet» hjemme, bare for å oppdage at ektemannen var verre enn foreldrene. Seksuelle overgrep blir bare hintet om, aldri nevnt direkte.

«En total mangel på støtte, enten fra samfunnet eller familien», svarer en jente kort på spørsmålet om hvorfor man begår drap. Alternativene til å unnslippe utålelige situasjoner er begrenset i et samfunn som favoriserer menns rettigheter, og der kvinner kan giftes bort mot sin vilje. Der menn simpelthen kan nekte skilsmisse.

«Det var ingen lovlig måte å gjøre det på" forteller en tvangsgiftet ung kvinne som vervet kjæresten til å bistå henne i drapet på ektemannen.

Koranen krever muligens at mordere henrettes, men hvorfor får ikke tyvene hendene skåret av? spør en annen, som ikke forstår den selektive justisbruken fra samfunnets mektige menn.

Et sted for trygghet

Desperasjonen er åpenbar da en av jentene kommenterer at hun ikke tenkte på hva som ville skje после at hun drepte slektningen. Hun «ville bare at han skulle forsvinne».

En skremmende tanke er at disse unge kvinnene er blant de få som har begått ekstreme handlinger for å unnslippe sin skjebne. Hva med de utallige unge kvinnene som fortsatt lever som i fengsel der ute?

Etter hvert ser vi rehabiliteringssenteret som et sted for trygghet, der jentene er i sikkerhet og får et pusterom, mer enn som et rehabiliteringssted som forbereder dem på verdenen utenfor – en verden der maktbalansen fortsatt er i deres disfavør. Noen av dem oppdrar barna sine på senteret mellom engelsktimer og keramikkundervisning, og det er all grunn til å være bekymret for deres utvikling,

Vennskapet de unge kvinnene imellom ser ut til å ha stor betydning; de forstår hva de andre har vært igjennom.

En kvinne som kommer på besøk, har tidligere sonet syv år ved institusjonen. Hun er løslatt nå, og sier til de andre «det er kjedelig utenfor», et enkelt utsagn som likevel inneholder mye usagt om samfunnets manglende tilbud om tilhørighet eller forståelse.

Перевод Ирила Колле


Уважаемый читатель В этом месяце у вас осталось 0 бесплатных статьи. Не стесняйтесь рисовать один Подпискаили войдите в систему, если она у вас есть.